Мы начали подкачиваться и готовиться. Я все время смотрел в сторону Сержио, сравнивал нас в зеркалах. На этот раз я не чувствовал себя подавленным, как это было годом раньше. Сержио выглядел хорошо. Выше талии он вообще казался таким, что больше не бывает. Но я был рельефный, совершенный: все было — разделение, детали, все-все, я чувствовал себя уверенно. Мы вышли на сцену вместе со всеми и нас встретили бурными аплодисментами. Я понять не мог, откуда эти аплодисменты взялись. Это была полная неожиданность. Огайо? Никто бы не подумал, что Огайо — штаб болельщиков. Но аплодисменты продолжались, и последние опасения у меня улетучились.

Я чувствовал такое давление, что предварительное судейство и шоу смешались в восприятии. Все превратилось в фантастический рывок вперед. Я становился выше, больше, более мускулистым и грациозным. Я чувствовал подъем от силы и ощущения накачки. Я чувствовал, как будто вышел из своего тела, чтобы посмотреть со стороны. Никогда раньше я не чувствовал так сильно огонь соревнования. Я гордился годом дикой тренировки вместе с Франко. В финальном позировании напряжение по интенсивности превзошло все

назад далее