Часовая тренировка раз в неделю в футбольной команде меня совсем уже не удовлетворяла. Я записался, чтобы ходить в зал три раза в неделю. Мне понравилось, как холодное железо нагревается в моих руках, понравились звуки и запахи в зале. Я до сих пор люблю все это. Мне больше всего нравится слушать, как звенят тяжелые стальные блины, когда их одевают или снимают после работы со снарядом.

Я помню первую настоящую тренировку также отчетливо, как если бы это было прошлым вечером. Я приехал в зал на велосипеде, который находился примерно в восьми милях от городка, где я жил. Я тренировался со штангами, гантелями, тросовыми машинами. Ребята предупреждали меня, что у меня все будет болеть, но эти предупреждения никак на меня не подействовали. Я считал, что не следует придавать этому значения. Но потом, после тренировки, когда я поехал домой, я упал с велосипеда. Я так устал, что даже на руки не мог опираться, совсем не чувствовал ног: они одеревенели, да и сам я весь как будто окоченел – все тело у меня гудело.

Какое-то время я вел велосипед рядом, навалившись на него. Через полмили я попытался снова на нем ехать, и снова упал, так что дальше я просто вел его до дома. Такая была моя первая тренировка, но все равно мне это понравилось.

На следующее утро я даже руку не мог поднять, чтобы причесаться. Каждый раз когда я пытался это сделать, возникала резкая боль в каждой мышце плеча и руки. Я не мог согнуть локоть. Пытался пить кофе и почти все разлил на стол. Я был абсолютно беспомощен.

«Что с тобой, Арнольд?» - спросила моя мать. Она отошла от печки и разглядывала меня.

«Что такое?» - она наклонилась, чтобы рассмотреть поближе, пока убирала разлитый кофе.

Я ответил: «Просто я приболел, у меня мышцы болят».

«Посмотрите на этого парня!, - она позвала отца. - Посмотри, что он с собой сделал!»

Вошел мой отец, завязывая свой галстук. Он всегда был очень аккуратен: черные причесанные блестящие волосы, прямая щетка усов. Он засмеялся и сказал, что это пройдет.

Но моя мать не унималась: «Зачем? Арнольд, зачем ты это с собой делаешь?»

Но я не беспокоился из-за того, что думает моя мать. Я видел изменения в своем теле, чувствовал их, и это меня будоражило. В первый раз я почувствовал каждую из своих мышц. Это были новые ощущения, и они записались в моей памяти. Впервые я почувствовал икры, бедра, предплечья, как нечто большее, чем просто конечности. Я понял, как болят трицепсы, и впервые понял, почему их называют трицепсами - потому что там было три мышцы

В то время не было модных фишек, типа недорогих кислородных миксеров - но я тренировался так, что дал бы фору и сейчас подавляющему большинству спортсменов, имеющих доступ к новым спортивным технологиям и добавкам

назад далее