Приезд в Лос-Анжелес

Фотограф и репортер, фрилансеры из журнала Muscle&Fitness были под рукой, чтобы фиксировать хронику моего прибытия. Джо Вейдер сказал им встретить меня, показать все кругом, и записать, что я буду делать и говорить. Вейдер продвигал меня как восходящую звезду. Он предложил мне переехать в Америку для тренировок с чемпионами на 1 год. Он предоставил место для проживания и деньги на текущие расходы. Все, что требовалось от меня – работать с переводчиком над написанием статей о моей технике тренировок для его журналов, в то время, пока я тренируюсь для достижения свой мечты.

Новая и чудесная жизнь, о которой я мечтал, могла легко завершиться неделей позже. Один из моих новоиспеченных друзей по залу, австралийский силач и борец, одолжил мне свою машину, Pontiac GTO с мощностью двигателя более 350 л.с. Я никогда не управлял чем-либо настолько невероятным, и, недолго думая, понесся по Ventura Boulevard в долине Сан Фернандо со скоростью, как на автобане. Это было холодное и туманное октябрьское утро, и мне предстояло узнать, что улицы Калифорнии становятся очень скользкими, когда начинает моросить дождь.

Я собирался переключиться на пониженную передачу перед предстоящим поворотом. В работе с ручной коробкой передач я был мастак, т.к. в Европе она была у всех транспортных средств, включая тягачи, которые я водил в армии, и мою старую развалюху в Мюнхене. Но понижение передачи на GTO резко замедлило задние колеса, нарушив их контакт с дорогой.

Машину развернуло вокруг своей оси 2 или 3 раза, абсолютно неподконтрольно. Скорость, вероятно, снизилась до примерно 30 миль в час, когда инерция выкинула меня на встречку, которая была, к сожалению, весьма загружена в связи с утренним трафиком. Я увидел, как Фольксваген Жук врезался мне в бок со стороны пассажира. Потом меня ударила какая-то американская машина, и еще 4-5 машин скучились, прежде чем все закончилось.

GTO и я оказались примерно в 30 ярдах от конечной цели моей поездки – Vince's Gym, где я собирался тренироваться. Дверь с моей стороны открывалась, так что я выкарабкался, но правая нога была как в огне – удар разрушил консоль между передними сидениями; посмотрев вниз, я увидел крупный осколок пластика, торчащий из моего бедра. Я вытащил его, по ноге потекла кровь.

Не на шутку испугавшись, все, что я мог сделать, это пойти в зал за помощью. Прихромал внутрь и сказал: «У меня только что произошла серьезная авария». Несколько культуристов узнали меня, но тот, кто оставался за главного, был мне не знаком. Он оказался адвокатом. «Тебе лучше вернуться к своей машине», - сказал он: «не оставляй место аварии. Это называется тут «наделать дел и смотаться»; «наделать дел и смотаться» - понимаешь, что я говорю? Так можно получить серьезные проблемы. Так что иди отсюда, оставайся у своей машины и жди полицию».

Он понимал, что я только что прибыл в Соединенные Штаты, и что мой английский так себе.

«Но я тут!», - сказал я: «и я могу наблюдать отсюда!». Я имел в виду, что смог бы легко увидеть, когда полиция подъедет и выйти к ним в этот момент.

«Поверь мне, тебе лучше вернуться к машине».

Тогда я показал ему ногу: «Не знаете, где можно вызвать доктора, чтобы он помог мне с этим?».

Он увидел кровь и пробормотал: «О Боже..», затем подумал мгновение: «давай-ка я позвоню кое-кому из друзей. У тебя есть медицинская страховка или что-то подобное?». Я с трудом понимал, о чем это он, но в итоге нашего общения ему стало ясно, что страховки у меня нет. Кто-то дал мне полотенце, чтобы перемотать ногу.

Я вернулся к GTO. Люди были взбудоражены и ругались. Дескать, они опоздают на работу, их машины повреждены, им теперь нужно решать вопросы со страховыми компаниями. Но никто не обвинял меня и не истерил. Как только полицейский убедился, что дама в Фольксвагене в порядке, он отпустил меня без штрафа, просто сказав: «Я смотрю, у тебя кровь идет. Надо, чтобы тебя осмотрели». Культурист по имени Билл Дрейк доставил меня к доктору и был так добр, что оплатил счет за наложение швов.

Я был идиотом, допустив аварию, и надеюсь, что у меня были имена всех участников, что позволило написать им и извиниться.

Я знал, что мне повезло: в Европе полиция была невероятно строга в подобных ситуациях. Я не только мог быть арестован, но и, как иностранец, попасть в тюрьму или быть депортированным. Возмещение последствий инцидента естественно встало мне в копеечку. Но полиция Лос-Анджелеса приняла во внимание, что дорога была скользкой, и что это был несчастный случай, в котором не было серьезных повреждений, и главным было лишь восстановить движение по полосе. Коп, разговаривавший со мной, было очень вежлив; взглянув на мои международные водительские права, он спросил: «Вам скорую вызвать, или вы в порядке?». Двое парней из зала разъяснили ему, что я всего несколько дней назад прибыл в страну. Было понятно, что мне по-английски не объясниться, хоть я и пытался.

Я лег спать в ту ночь с оптимистическим настроением. Мне еще нужно было уладить вопросы с австралийским рестлером, но Америка все равно казалась мне прекрасным местом.

Впервые увидев Лос-Анджелес, я был в шоке. Для меня Америка значила одно – огромные размеры. Высоченные небоскребы, здоровенные мосты, реклама с неоновой подсветкой, большие шоссе и машины. Нью-Йорк и Майами соответствовали моим ожиданиям и, почему то, я думал, что и Лос-Анджелес окажется впечатляющим. Но вот я увидел, что тут всего несколько высоток в центре города, и выглядело это куда как скудно. Да, пляж был большой, но где же огромные волны и серферы на них?

То же разочарование случилось, когда я увидел Gold's Gym, Мекку американского культуризма. Я штудировал журналы Вейдера годами, не осознавая, что основной идеей там было показать все значительно крупнее, чем было на самом деле. Я смотрел на снимки известных культуристов, тренирующихся в Gold's, и представлял громадный спортивный клуб, где есть баскетбольные площадки, плавательные бассейны, гимнастические залы, залы для тяжелоатлетов, пауэрлифтеров, любителей единоборств, наподобие современных гигантских клубов. Но когда я вошел, там оказался бетонный пол, а все место было крайне простое и примитивное: обычное 2-х этажное помещение размером в половину баскетбольной площадки со стенами из шлакоблоков и стеклянной крышей. Хотя оборудование было действительно интересным, и я увидел огромных тренирующихся пауэрлифтеров и культуристов, тягающих серьезные веса – так что вдохновение там присутствовало. К тому же, зал был всего в 2-х кварталах от пляжа.

Венис (Венеция), где находился зал Голда, казался городком даже менее впечатляющим, чем сам зал. Дома, стоявшие в линию вдоль улиц и аллей, смотрелись как бараки в австрийской армии. Ну зачем настроили дешевых деревянных бараков в таком прекрасном месте? Некоторые дома были пустыми и полуразрушенными. Тротуары потрескались, сорняки росли вдоль зданий, а некоторые участки тротуара даже не были вымощены.

«Это же Америка!», - думал я. «Почему они не разберутся с тротуарами? Почему не снесут этот заброшенный дом и не построят новый?» Одно я знал наверняка: вернувшись в Грац, я не найду там тротуара, который бы был не только вымощен, но и в то же время подметен и вообще безупречен. Такое было немыслимо.

Было вызовом приехать в страну, где все выглядит иначе, другой язык, другая культура, люди думают и делают бизнес по-другому. Поразительно, как все было не похоже. Но у меня имелось большое преимущество перед остальными вновь прибывшими: когда вы - часть международного спорта, вы никогда не будете абсолютно одиноки.

Существует поразительное гостеприимство в мире культуризма. Не важно, где вы, вам даже не обязательно знать людей. Вы всегда чувствуете, что вы - часть семьи. Местные культуристы встретят вас в аэропорту. Они будут приветствовать вас. Они привезут вас к себе домой, накормят, покажут все вокруг. Но в Америке было и что-то еще.

Один из культуристов в Лос-Анджелесе имел дополнительную спальню, где я мог ночевать по началу. Когда я впервые пришел в зал, парни приветствовали меня и обняли, стало ясно, что они рады, что я с ними. Ребята подыскали мне небольшое жилище и, как только я туда заехал, это дружелюбие перешло в форму «мы должны помочь ему». Парни организовали переезд и как то утром нарисовались у меня, неся упаковки и коробки. Можете представить группу крупных, мускулистых ребят: здоровенные медведи, которым вы едва ли доверите что-то хрупкое или стеклянное, от которых каждый день в зале можно услышать что-то вроде «посмотри на эту грудину, вау, чувак!» или «я собираюсь присесть с 500 фунтами сегодня, мать их». И вот вдруг они здесь, тащат коробки и упаковки. Один из них говорит: «Смотри, что я тебе принес», открывает маленькую коробку и вытаскивает столовое серебро. «Тебе нужно кое-что из столового серебра, раз ты будешь тут есть». Еще один разворачивает сверток и говорит: «Жена разрешила мне взять вот эти тарелки; это наши старые, зато у тебя теперь есть 5 тарелок». Они были очень заботливы, называя вещи; давали простые понятные объяснения. Кто-то еще принес маленький черно-белый телевизор с антенной, устанавливаемой на крыше, помог мне установить ее и настроить каналы. Кроме этого, они принесли и еду, так что мы расселись и поели.


У Арнольда в этом году планируется выход нескольких фильмов. Если вы любите домашнюю обстановку, то вы можете смотреть онлайн фильмы 2013 года.