Толпа ответила согласным гулом. Но Шура шагнул вперед и, протянув руку, приглашая противника в круг, крикнул: «Давай, показывай, что еще можешь!»

Тогда и появилась эта страшная, усеянная острыми зубьями полоса. Петров согнул ее вокруг шеи. По его плечам и рукам потекла кровь. Потом он соединил железные концы и завязал их узлом, похожим на галстук. Залитый кровью, поддерживаемый криками односельчан, он немного отдохнул с этим страшным галстуком на шее и без видимых усилий развязал узел.

— Вот теперь пусть Засс, — прохрипел Петров. — Если он развяжет галстук, какой я ему завяжу, — что ж, его победа.

Отказаться было невозможно. Петров велел Шуре стать на колени и принялся закручивать полосу вокруг его шеи. Стянул так, что нельзя было шевельнуть головой. А напоследок еще повернул узел — галстук на спину.

Кровь вязкими струйками бежала по пальцам мальчишки, когда он пытался повернуть узел со спины на грудь. Дыхание перехватывало. Первая попытка — неудача. Еще попытка. Осталось чуть-чуть... Шура повернул узел вперед и, почти теряя сознание, развязал его.

Победа была полной. Победителя обнимал Клим Иванович, отец прижал его к груди и дружески хлопал по спине, Григорий приговаривал только: «Герой, чисто герой». Шура был счастлив. Победа, первая победа!


назад далее