И вот семеро плечистых, голодных, готовых на все парней двинулись к балагану.

После парада борцов арбитр встречи обратился в публике: «А теперь, уважаемые, любой сильный человек может попытать счастье в борьбе с нашими силачами. Победителю — приз!!!»

Николаевский и Засс поднялись со своих мест и двинулись к арене. Сергей громким басом возвестил:

— Мы с товарищем принимаем вызов. Готовы бороться с любыми бойцами.

По залу прокатился сдержанный смешок. Уж больно комичная была пара — гигант Николаевский и маленький, с виду щуплый Засс. Арбитр, определив настроение публики, решил превратить этот вызов в шутливую сценку.

— А ваш товарищ не боится быть раздавленным кем-нибудь из наших великанов? — обратился он к Николаевскому.

— Нет, — коротко бросил Сергей.

— Но при его росте и весе это будет игра в кошки-мышки, — не унимался арбитр. — Какая кошка вам предпочтительнее? — обратился он к Шуре, обводя рукой строй бойцов.

Цирк хохотал: «Давай, малыш, не тушуйся! Не съедят тебя. А съедят — не беда». Шура отовсюду слышал язвительные, насмешливые выкрики.

— Мне все равно, — ответил он арбитру спокойно. Это спокойствие, видимо, насторожило судью.

— Не откажите назвать ваши фамилии, — обратился он к Николаевскому и Зассу.

— Мы будем драться инкогнито — господин Икс и Игрек.

Цирк замолк. А арбитр почему-то вдруг пришел в хорошее настроение.

— Вы, очевидно, знаменитые бойцы из какого-то близлежащего кишлака, — сказал он громко. — И вам, конечно, стыдно будет проиграть под своими настоящими именами.

Под тентом опять прокатился смех. Сергей начал злиться.

— Ну, так будет бой или будем разговаривать? — Тон гиганта не сулил ничего доброго.

Арбитр засуетился.

— Конечно, конечно, сейчас начинаем. Вот ваш противник, — сказал он Шуре, подводя его к огромному толстому детине.


назад далее