Вот и прутья решетки. Мощный рывок, наддал еще плечом, и прутья раздвинулись. Быстро перебежал двор. Стена. Крючок из согнутого прута с привязанной к нему веревкой, надежно зацепился наверху. Только бы выдержал самодельный канат.

Ура. Канат выдержал. Теперь с двадцатиметровой высоты в ров. А если там мелко? Эта мысль приходит уже во время прыжка. К счастью, все обошлось. Александр уже плывет. Травянистый берег. Только бы дождь не кончился!

Мокрый, грязный, полуголый, с наручниками на запястьях, он ввалился среди ночи в квартиру Чая Яноша.

Было не до разговоров. «Тебе повезло, малыш, мы собирались уезжать», — сказал Янош, растирая друга мохнатым полотенцем. А у Александра зуб на зуб не попадал — и от волнения и от купания в холодную весеннюю ночь.

Разломать наручники оказалось делом несложным. И тут-то Александр вдруг почувствовал себя смертельно усталым. Через минуту он спал. Янош отнес друга в постель и пошел за Бетти.

Ночное купание не прошло даром для ослабленного организма — наутро у беглеца началось воспаление легких. Со всякими предосторожностями Янош погрузил Александра в бричку и отправил с надежным человеком в деревню, к сестре. В городе оставаться было опасно. Жандармы уже наведывались в цирк, могли прийти и еще раз. Уехала в деревню и Бетти.

Железный организм Засса выдюжил и на этот раз. Через две недели он уже разгуливал с Бетти по цветущему лугу, помогал сестре Яноша по хозяйству.

Вскоре приехал сам Янош. Он привез с собой высокого и худого человека, одетого во все черное. Состоялось знакомство: синьор Пазолини — Александр Засс.

— Рад встретиться, много о вас слышал.

— Знаешь, малыш, тебе тут оставаться небезопасно, — сказал Янош


назад далее