Я совершенно выжат к концу подхода. Мне нужно пять минут, чтобы восстановить дыхание. Но это самое главное упражнение. Без него программа не сработает.

- Хорошо, - сказал я. - А что дальше?

- Затем я делаю подход легких пуловеров, - сказал он. - Тридцать повторений.

- Итого три упражнения, - сказал я. - Какое четвертое?

- Становая тяга на прямых ногах, - сказал он. - Один подход из двадцати повторений с максимальным весом. Я делаю ее с плинтов, чтобы опускать гриф до уровня пальцев ног.

- И это все? - спросил я. - Это не так уж и много на первый взгляд.

- Это немного, - сказал он, - но это только первый месяц и это только часть. - Он откашлялся. - Теперь я дам тебе остальные части программы и объясню, почему она работает.

Дядя Гарри напряг бедро и толпа громко зашепталась. Я посмотрел по сторонам. Люди стояли вокруг нас плотным кольцом, тараща глаза на дядю Гарри.

- Слушай, - сказал я. - Я думаю, что пока поверю тебе на слово, а подробности расскажешь в другой раз. Находиться в этой толпе уже просто смешно.

- Как знаешь, - сказал дядя Гарри. Он поиграл грудными мышцами и ухмыльнулся последовавшему волнению. Он взял Бибси за руку, протиснулся сквозь толпу и побрел прочь.

Волейболистки смотрели, как он уходит. Они шептались и хихикали, пока он не исчез из виду. Наконец, они вернулись к игре, но было похоже, что думают они о чем-то совершенно другом.

Прошлым вечером я зашел к дяде Гарри. Его двухкомнатная квартира - на 12-м этаже. Он встретил меня у дверей.

- Заходи, - сказал он, - я освобожусь через минуту. Я говорю по телефону.

Он ушел в спальню. Я зашел в гостиную, но и оттуда разговор был слышен. - Слушай, Ширл, - сказал он, - перезвони мне попозже, ладно? У меня гости.

Гостиная дяди Гарри как с картинок в журнале Плейбой. Черная кожаная мебель, а на полу темно-красный ковер с толстым ворсом


назад далее