.. Это был самый трудный забег в моей жизни, те последние 3 км дались тяжелей, чем марафон, который мне довелось потом пробежать.

Как ни трудно бывало с Костей, но когда я бегал один по далеким загородным трассам, вдали от жилья и людей, тоже иногда приходилось нелегко. И тогда я развлекался. Знойным летом представлял впереди себя, в прозрачном голубом мареве, легкую, парящую фигурку Людмилы Брагиной. А морозной зимой, в снег и метель, это был неистовый Вирен с горящим взором, неудержимо влекущий меня вперед... Или стремительный Снелл... Легко бегать с чемпионами, все проходит — и боль, и страх.

Зимой наши мужчины бегали меньше, но зато очень много ходили на пыжах. Саша накатывал до 600 км в месяц.

— Плохо наше дело, — волновался я. — Летом они нас задавят. — Не задавят, — успокаивал Костя. — Они разленились и отвыкли терпеть. Ты будешь на голову сильнее их.

И он оказался прав. Как-то в забеге на 16 км я очень легко, даже не желая этого, опередил их более чем на 10 мин. Меня поразило, что Саша показал результат пятилетней давности — 1 час 30 мин, а я — 1 час 18 мин. Не меньше были удивлены и ребята.

— Это его Костя натаскал, — заявил Миша.

— Вы ничего не понимаете, — горячился я. — Все дело в системе. У вас постоянная скорость, одинаковые нагрузки, бегаете каждый день. Произошла адаптация. А нагрузки должны волнообразно изменяться.

— Ты просто фанатик, — сказал Саша. — Бегать нужно для здоровья.

Он, конечно, был прав, невозмутимый Саша Руссак. Но в душе я торжествовал. Это была настоящая большая победа. Победа моей системы.  А Костя исчез. Позанимался с нами два года, и нет его. Переехал к родственникам, в Рязань. Снова, как и много лет назад, я остался один. Но со мной был бег, и это главное. И мои чемпионы!


назад далее