Во всяком случае, его карьера могла бы оказаться сходной. По фильму, Джейн, с ее коэффициентом интеллектуального развития 162 и неуемным честолюбием, принимает решение эксплуатировать свое тело до тех пор, пока не станет знаменитой. Джейн надеется, что, когда она станет кинозвездой, то сумеет проявить и свой интеллект. Как и Арнольд, она придает большое значение рекламе и, подобно ему, анализируя причины привлекательности голливудских звезд, приходит к выводу: «Они не столько актеры, сколько статичные типажи». Обладая самым восхитительным телом в мире, она, как и Шварценеггер, соглашается играть посредственные роли в третьеразрядных фильмах типа «Геракл отправляется в Нью-Йорк», будучи убеждена в том, что со временем она «войдет в каждый дом», и тогда уж «им не останется ничего, кроме как давать мне такие сценарии, какие я пожелаю». Позднее Арнольд скажет о Джейн Менсфилд: «Ты вынуждена была утверждать себя там, где никто о тебе и не слышал. Тебе пришлось лепить саму себя. И по мере разрастания киноимперии, медленно, чтобы продюсеры не успели осознать это, возводить собственную маленькую крепость. И вдруг они обнаружили, что уже ничего не могут сделать, и вынуждены идти к тебе, потому что у тебя есть то, что они хотят. Ибо ты прочно стоишь на ногах и твои фильмы неизменно приносят продюсеру или студии доход». К сожалению, фильмы с Джейн Менсфилд, за исключением картины «Это не ее вина», не приносили студии достаточной прибыли, и она попала в западню алкоголизма и проституции. Арнольд подобной ошибки не совершит. Вместе с тем, фильм «История Джейн Менсфилд» перекликается и с самыми мрачными сторонами жизни самого Арнольда. Так же, как и Микки Харджитей, он размышлял о судьбе Джейн: «Для нее было очень важно достичь успеха в жизни. Меня всегда интересовало, что толкало ее на постоянное стремление к славе». Вспомнив, что отец Джейн умер, когда ей было три года, Арнольд сам ответил на свой же вопрос: «Да, ей все время не хватало любви». В конце 1980 года, обедая с Риком Уэйном, Арнольд рассказал ему о своих планах сделать миллионный фильм. Рик было предположил, что он имеет в виду тот миллион долларов, в который встанут съемки фильма, но Арнольд милостиво просветил его на этот счет: «Ну, нет, я имею в виду, что этот фильм принесет миллион долларов мне». Такой картиной стал «Конан-варвар».

Герой фильма – мускулистый сверхчеловек Конан, живший в мифическую Гиборейскую эру двенадцать тысяч лет тому назад – по словам сотворившего его в своей книге Роберта Хоуарда, «охвачен стратью убивать, всаживать нож в живую плоть поглубже, проворачивая окровавленное лезвие в кишках». Но сколько бы ни были пропитаны кровью и внутренностями рассказы Хоуарда о Конане – а, может быть, именно поэтому – но их почитатели буквально молились на своего героя. Единственный в семье и весьма болезненный ребенок, Хоуард, упражняясь, достиг веса в двести фунтов. Начиная с 1932 года, он написал двадцать один рассказ о Конане

назад далее