Рик Уэйн взял у него интервью после конкурса, в котором Арнольд признался: «В Германии Серджио Олива был неподражаем, как никогда в форме. Искать физические изъяны у Серджио бесполезно. Но я точно знал, где можно найти у него ахилессову пяту». Рик объяснил, что «Арнольд нащупал брешь в сверкающих доспехах Серджио. У него, темнокожего, не хватало уверенности, несмотря на все физические достоинства, поскольку в тылу не было поддерживающего спортсмена мира белых людей». И действительно, это было так. Хотя никто не выдвигал обвинений в том, что результат эссенского конкурса «Мистер Олимпия» (как и любого другого такого конкурса) был подстроен, культуризм – это спорт, где устоявшаяся репутация имеет огромное значение. Понятно, что Арнольд объяснял причину своей победы в 1972 году на этом конкурсе по-другому. Он сказал Рику Уэйну, что хотя весил в Эссене на три фунта больше, он увидел свой шанс покорить судейскую коллегию. Помещение, в котором должны были проводиться финальные выступления, еще не выбрали, да и никто не собирался этого делать. А Арнольд взял этот труд на себя. «Я был заинтересован в комнате с темным фоном, – признался он Рику. – Серджио не понял, что мое белое тело будет выделяться на темной стене, а он явно потеряется. До сегодняшнего дня я считаю, что именно это и дало мне перевес. Короче говоря, судьи увидели во мне то, чего на самом деле в Эссене у меня не было. Серджио потерпел поражение из-за своей слепоты».

11 декабря 1972 года, через два месяца после конкурса «Мистер Олимпия», Густав Шварценеггер умер от удара в больнице Граца. Ему было 63 года. Некоторые считают, что причиной его смерти была гибель Мейнарда, от которой он так и не смог оправиться. Но что бы там ни было, Густав был похоронен через неделю после смерти, 18 декабря, на кладбище Вайн в нескольких милях от Граца. Более ста музыкантов полицейского оркестра присутствовали на похоронах, исполняя траурный марш Шопена в память о своем покойном товарище. Они также поместили некролог в «Грац кляйне Цайтунг», отметив, что Густав долго играл в их оркестре, и обещали помнить его вечно. Арнольд не присутствовал и на похоронах отца. Он остался дома в Америке. В книге «Качая железо» Арнольд шокировал аудиторию рассказом о том, что не поехал на похороны отца из-за усиленных тренировок. Он считал, что все равно не сможет уже помочь отцу своим присутствием в Граце. Арт Зеллер подтверждает искренность этого заявления. Позже Арнольд изменил эти строки, приписав свою фразу в книге французскому культуристу. А еще позже он сказал, что не смог поехать на похороны Густава, потому что сам лежал в больнице с поврежденной ногой. Ну и, наконец, выдвинул еще одну версию, заявив, что его вовремя не предупредили. Все эти три версии сомнительны. Во-первых, отец умер в декабре, за девять с половиной месяцев до следующего конкурса «Мистер Олимпия», и в усиленных тренировках не было необходимости. Во-вторых, хотя Арнольд действительно повредил ногу на конкурсе в Австралии, он привык к болевым ощущениям и вполне мог выдержать перелет в Австрию

назад далее