Мария

Арнольд в эти дни оказался в центре внимания, которого всегда добивался. Никто не испытывал и тени сомнения в том, что он был личностью – звездой кино. Одно упоминание его имени открывало двери на любые светские мероприятия, куда никогда не пускали обычных культуристов. Естественно, что он в полной мере использовал эту ситуацию, и когда руководитель рекламной кампании «Качая железо» Бобби Зарем организовал для него приглашение на теннисный турнир имени Роберта Кеннеди в Форрест Хилле, Арнольд с удовольствием согласился. За этим приглашением последовало еще одно – провести выходные дни с семейством Кеннеди в Хайяннис-Порт. Арнольд целые годы старательно обучался вести себя так, как подобает джентльмену. Он стал в 70-х годах XX века повторением диккенсовского персонажа Пина Пиррина, который занимался самообразованием в ожидании больших перемен. Теперь Арнольд одевался как выпускник одного из самых престижных университетов Северо-Востока США, с помощью Джо Уэйдера собирал и покупал произведения искусства. Он был уже не деревенским мальчишкой, а устоявшимся, комфортабельно устроившимся в жизни представителем Америки среднего класса, благодаря урокам Барбары Аутленд говорил со своей новой родиной на одном языке и, постоянно стремясь к овладению знаниями, неплохо разбирался в политике. Арнольд не ограничивался культуризмом, он вообще был хорошим спортсменом – занимался плаванием, парусным спортом, водными лыжами и мог соревноваться с лучшими представителями этих видов спорта. И хотя, оказавшись в Хайяннис-Порт, Арнольд утверждал, что испытывает такое чувство, словно вступает в новый, незнакомый мир, на самом деле он за свою жизнь уже подготовился к этим дням. Приглашение пришло сразу от обоих – Марии и ее брата Бобби. Сначала сложилось такое впечатление, что Арнольда просто хотели разыграть. Мария заверила его, что никаких специальных нарядов не потребуется: все будут одеты просто. Он прибыл в усадьбу без галстука и пиджака, тогда как все члены семейств Кеннеди и Шрайверов, одевшись в праздничные наряды, собирались в церковь. Бобби выручил его, одолжив свой костюм. Хотя одежда была с чужого плеча, Арнольд, как он вспоминал позднее, чувствовал себя совершенно свободно и естественно в течение всех трех дней, которые гостил в Хайяннис-Порт. Тедди Кеннеди и Сарджент Шрайвер знали по-немецки, а мать Тедди – Роуз владела им в совершенстве: «Роуз Кеннеди была просто великолепна. Она говорила на прекрасном немецком, поэтому все эти дни разговор шел на моем родном языке. Мы уходили надолго гулять вдвоем, вспоминали Австрию, ее музыку, искусство, оперу, книги, даже историю. Мне все время приходилось лезть из шкуры вон, чтобы не ударить лицом в грязь». Образ хрупкой старой женщины, главы клана Кеннеди, гуляющей с Арнольдом по Хайяннис-Порт, на первый взгляд немного неправдоподобен. Но, если призадуматься, то можно сделать вывод, что Арнольду действительно было легко с Роуз Кеннеди, которая всегда была восприимчива к сильным и амбициозным мужчинам

назад далее