Не могла к этому привести и любовная связь между закоренелым республиканцем Арнольдом и демократкой Марией Шрайвер. Связь Арнольда с Марией не могла повредить и ему. Правда политика привлекала внимание Арнольда. В 1977 году он заявил корреспонденту журнала «Штерн»: «Когда есть деньги, начинаешь со временем меньше интересоваться ими. А когда ты, кроме того, еще и лучший в кино, что еще может привлечь тебя? Возможно, власть. И ты уходишь в политику, становишься губернатором, президентом и так далее». Кеннеди, странным образом, стояли как бы вне политики. И его связь с ними могла лишь усилить его позиции, дав ему власть, вознеся его высоко над толпой и выводя за пределы культуризма, Голливуда и даже его собственного прошлого. В августе 1980 года Арнольд, известный теперь в мире культуризма главным образом как комментатор «Си-Би-Эс», вместе с Джимом Лоримером, продюсером культуристских шоу, посетил состязание на титул «Мисс Олимпия» в филадельфийском отеле «Шератон». Рик Уэйн, освещавший это событие для журнала Уэйдера, по завершении конкурса взял у Арнольда интервью. Как бы между прочим Рик задал Арнольду вопрос, не собирается ли он, уже пять лет не появляющийся на культуристском помосте, подумать о возвращении на него. «Нет, – твердо сказал Арнольд. – Никакие деньги не соблазнят меня снова выйти на сцену». Дальше он сказал Рику, что единственная причина, из-за которой он продолжает тренироваться, – это необходимость репетировать роль культуриста Микки Харджитея в предстоящем фильме «История Джейн Менсфилд». Мельком он обронил также, что планирует съездить на конкурс «Мистер Олимпия – 1980» в Австралию, так как подписал с «Си-Би-Эс» контракт на комментирование этого события. Завершая интервью, Рик изобразил дело так, что он поверил каждому слову Арнольда. Тем временем, на Западном побережье царствующий «Мистер Олимпия» Фрэнк Зейн потерпел серьезнейшую неудачу. За восемь месяцев до предстоящего конкурса, в ходе которого он рассчитывал в четвертый раз завоевать почетный титул, Фрэнк попал в автомобильную катастрофу и едва выжил. Не зная, сумеет ли он после больницы участвовать в конкурсе, Фрэнк попросил совета у Арнольда. Катастрофа, сказал он, не прошла бесследно, ослабила его и выбила из графика тренировок. Стоит ли ему все же побороться за титул «Мистер Олимпия – 1980»? Арнольд, которого Фрэнк по привычке продолжал считать своим другом и тренером, подумал секунду, а затем сказал, что глубоко убежден в том, что Фрэнку следует отстаивать свой титул.

Поразмыслив, Фрэнк, человек, которого на мякине не проведешь, как бы вскользь спросил Арнольда, не собирается ли тот сам поучаствовать в соревновании. Он едет в Австралию только как комментатор, – ответил тот, – и ничего больше. Фрэнк Зейн был не единственным, кто настроился на победу в состязании «Мистер Олимпия – 1980». Майк Ментцер, родившийся в Филадельфии культурист итало-немецкого происхождения, на четыре года моложе Арнольда, также был убежден в том, что 1980-й – это его год

назад далее